Продажи антидепрессантов в России за первый квартал 2026 года выросли на 22%. Годом раньше рынок тоже прибавил почти четверть.
Две очевидные интерпретации одинаково неточны. Первая: «люди просто стали внимательнее к себе, ничего страшного». Вторая: «общество на грани». На самом деле происходит кое-что менее драматичное, но более тревожное: норма жизни для всё большего числа людей — это существование в режиме постоянной психической компенсации. Не лечение, а удержание себя на плаву.
40% продаж в деньгах приходится на Москву, Подмосковье и Петербург. Логика понятна: чем выше плотность, ритм и информационный шум, тем активнее люди фармакологически себя поддерживают.
Всё это вместе — не эпидемия депрессии. Это затяжное напряжение, которое никуда не уходит и постепенно меняет то, как люди живут: горизонт планирования сужается, эмоции экономятся, усталость становится фоном.
Две очевидные интерпретации одинаково неточны. Первая: «люди просто стали внимательнее к себе, ничего страшного». Вторая: «общество на грани». На самом деле происходит кое-что менее драматичное, но более тревожное: норма жизни для всё большего числа людей — это существование в режиме постоянной психической компенсации. Не лечение, а удержание себя на плаву.
40% продаж в деньгах приходится на Москву, Подмосковье и Петербург. Логика понятна: чем выше плотность, ритм и информационный шум, тем активнее люди фармакологически себя поддерживают.
Всё это вместе — не эпидемия депрессии. Это затяжное напряжение, которое никуда не уходит и постепенно меняет то, как люди живут: горизонт планирования сужается, эмоции экономятся, усталость становится фоном.