В XX веке «нового человека» создавали через идеологию, революции и образование.
В XXI — предлагают не воспитывать, а оптимизировать: нейротехнологии, биоинженерия и продление жизни.
Философ Анна Костикова (МГУ) ставит ключевой вопрос: где проходит граница между технологией, которая служит человеку, и технологией, которая его заменяет?
«Трансгуманизм не опасен, когда помогает лечить болезни или возвращает утраченные возможности. Опасность — в понимании человеческих пределов как технического брака, который нужно устранить».
Технология остаётся человеческой, пока помогает человеку быть субъектом — автором действия, носителем ответственности. Когда он превращается в объект настройки и предсказания, даже под словом «оптимизация» — начинается утрата человечности.
Антитезой трансгуманизму остаётся исторический гуманизм: понимание человека как безусловной ценности — субъекта, раскрывающего себя через образование, труд, творчество, семью и связь поколений.
Проблема не в технологиях как таковых, а в том, что они из средства становятся целью. России нужна собственный вектор цифрового развития — такой, в котором техника служит человеку, а не назначает ему новую норму существования.